О Союзе

Первый и единственный

«Если надо – Алтай весь мир накормит!» — уверены зернопереработчики края
Союзу зернопереработчиков Алтая в августе нынешнего года исполнилось 10 лет. Много это или мало? Какие задачи удалось решить и какие поставлены на следующее десятилетие? Какой алтайская зернопереработка подошла к этой круглой дате? Об этом корреспондент «Алтайской правды» спросил у президента Союза зернопереработчиков Алтая Виктора Фоминых.

Решать проблемы вместе

— Виктор Алексеевич, с кого и как начинался десять лет назад Союз зернопереработчиков Алтая?
— Специально для нашей беседы я нашел в своем архиве протокол №1 собрания учредителей Союза зернопереработчиков от 21 августа 2001 года. Исторический документ! Здесь восемнадцать руководителей предприятий отрасли. Некоторых предприятий уже нет сейчас, но основные – это ЗАО «Грана», ОАО «Алейскзернопродукт», ОАО «Мельник» — и сейчас составляют костяк союза.
Я тогда работал гендиректором «Алтайзернопродукта» — бывшее управление хлебопродуктов Алтайского крайисполкома, которое в советские времена было полувоенной структурой, из-за чего был высокий уровень дисциплины. На нас оставалась частичная ответственность за федеральное зерно, хранившееся на предприятиях края. Зернопереработчики были под гипнозом этой структуры – она ведь их назначала и контролировала, и «Алтайзернопродукт» был центром притяжения для предприятий зернопереработки, для хранителей зерна. Общались, как-то координировали свою деятельность. Но все это были функции, выходящие за рамки закона: получалось, что одно акционерное общество консолидировало другие. И когда вышел закон об общественных организациях, о союзах, решили, что нужна организация, которая бы имела право отстаивать общие интересы предприятий. Для зернопереработчиков края уже с конца 90-х назрели проблемы продвижения на рынки, обеспечения платежеспособного спроса.
— А прежде каждый свои проблемы решал сам?
— Да, все лежало на плечах руководителей предприятий. Это была работа на износ. Как пример — одним из основателей союза стал Сергей Николаевич Старовойтов, член совета директоров, член правления, вице-президент. В следующем году будет 10 лет, как он умер, не выдержало сердце тех нагрузок, которым он себя подвергал. Отдыха почти не было, человек работал на свое предприятие. Все признают, что благодаря Старовойтову мы имеем сейчас самую лучшую в стране зернопереработку. Он был впереди, все за ним тянулись, и получилась в результате мощная конкурентная среда.
Он шел первым, зато у других уже была возможность учитывать его ошибки. Как человек открытый, делился своими мыслями, своими планами, у него учиться и перенимать опыт мог каждый. За ним шли Александр Бедарев, Валерий Гачман, Сергей Маслов, Юрий Титов. Ту планку, которую Старовойтов задал, преодолеть в комплексе еще никому не удалось. Он создал «Алейскзернопродукт» — современнейшее предприятие, лучшее в России и одно из лучших в мире по технологии, по эстетике производства, по социальной защищенности работников, поддержке коллектива.
К концу 90-х зернопереработчики края наращивали мощности предприятий. Собственники в лице директоров не яхты покупали, а использовали все возможности по их техническому перевооружению. Тот же Старовойтов, по-моему, не отдыхал вообще: отпусков не было, а за границу он если и ездил, то только по производственным делам – технологию посмотреть, решить вопросы технического перевооружения, в которое вкладывались все наработанные деньги. Алтайская зернопереработка стала мощнейшей благодаря хорошей сырьевой базе и своим директорам.
При этом и Старовойтов, и другие руководители видели, что рынки России ограничены, соседние регионы тоже начали развивать свое сельское хозяйства – в Тюмени никогда не сеяли, а теперь сельское хозяйство – одно из лучших в России. И, глядя на это, все понимали, что возникнет проблема сбыта.
Нам надо было выходить на внешние рынки. У Краснодара порты рядом: они сразу оседлали экспорт и перевооружением не занимались, продавали зерно и все. Нам же до портов далеко, с нашим зерном до терминалов не дойдешь. Мы делали ставку на продукцию зернопереработки – муку, крупу, комбикорма.
— Какие-то споры были при создании союза?
— Нет. Все понимали, что он нужен.

Судьба Алтая

— Алтайский союз зернопереработчиков был первый отраслевой союз в России?
— И первый, и единственный до сих пор! Второго такого нет. В Краснодаре имеется ассоциация, но она не обозначена как союз зернопереработчиков. И судя по взаимоотношениям, по тому, кто и как приезжал на российские съезды – каждый сам по себе. А вот алтайская делегация действует командой: мы всегда вместе, большой делегацией. И с нами считаются. Учитывая роль Алтая в обеспечении страны зерном и нашу сплоченность, нам в президиуме форумов Союза мукомольных и крупяных предприятий всегда два места дают – президенту и одному из руководителей алтайских предприятий, члену Союза зернопереработчиков Алтая.
— Алтай со своими проблемами продвижения продукции на рынки России один такой или эти проблемы общие?
— Мы одни такие. Во-первых, далеко живем, а во-вторых – у нас очень интенсивно развивалась зернопереработка. В некоторых московских кабинетах нам даже это ставят в вину – вот, мол, понастроили, а зачем? Но выращивать зерно и перерабатывать его – это судьба Алтайского края. Ведь хлеб вырастает каждый год…
— А что дает краю самая мощная в России зернопереработка?
— Самое главное – она обеспечивает платежеспособный спрос для крестьян. Они знают, что у них всегда есть покупатель. Мы разгрузили земледельцев от проблемы продвижения на рынки. И если мы будем выходить на больше объемы, то откроем перспективы, создадим заинтересованность выращивать больше. Вопросы повышения урожайности сейчас отчасти тормозятся тем, что крестьянин и при урожае в 15 центнеров с гектара не знает, как зерно продать. Он и думает: а что же будет, если я выращу по 30 центнеров с гектара? Но если будет рынок сбыта, то можно выращивать хоть по 100 центнеров, выводить новые сорта и т.п. Программа «Алтайское Приобье» — это верный ход.
— Почему животноводство не стало устойчивым внутренним рынком потребления продукции зернопереработки?
— Объяснить крестьянам необходимость кормить скот комбикормами – это была первая задача, которую ставил перед собой союз. Чтобы доказать эффективность полноценного кормления животных, мы создали отдел инновационных технологий совместно с Главным управлением сельского хозяйства, учили людей в Ленинградской области, на базе Ленхлебопродукта, где активно применялись инновационные технологии в животноводстве. Дробленым зерном там коров не кормили и не кормят, а надои и поголовье соответственные. Но… Может, мы опередили время? Приходят наши специалисты в хозяйство, а им говорят: «Да ну, нам этого не надо…» Рынок еще не заставил крестьян обратить на это внимание. В деревне считают: зачем платить бешеные деньги за комбикорма, если можно кормить простенькими кормосмесями? Эта психология сидит в людях до сих пор.
Но отдачи от зерна нет той, что есть от комбикормов. Я работал с элитным скотом и знаю, каково это – привезешь из Голландии скот, от которого там получают 11 тысяч кг молока, а ты накормить его нормально не можешь и он здесь дает 4 тысячи килограммов молока в год. Проблема наших буренок в том, что полноценного кормления нет. Традиционно дают грубые корма в виде сена, соломы, силоса, часто некачественных, а концентраты в виде простого дробленого зерна.
Людям нужно дозреть до понимания того, что для высокой продуктивности следует кормить животных хорошо и сбалансированными кормами. Тогда ты можешь рассчитывать на высокую продуктивность и в конечном итоге – на снижение затрат.
Совсем это направление у нас не загасло, но и того развития, на которое мы рассчитывали, не получило.
К тому же большие предприятия – «Алтайский бройлер», птицефабрика «Молодежная» и другие предпочитают иметь все свое, в том числе и комбикормовые заводы. Потребителями наших комбикормов могли бы стать частные подворья, но народ для этого еще, видать, недостаточно богат. Впрочем, комбикорма все больше уходят на внутреннее потребление: «Алейскзернопродукт» имеет свои свинокомплекс и птицефабрику, «Мельник», «Грана», Ключевской элеватор — то же самое.

«Окно в Азию прорубалось для всех»

— Как удавалось решить проблемы продвижения нашей муки за пределы края?
— Многолетними совещаниями, поездками, убеждениями. Только после прихода в край Александра Богдановича Карлина удалось сдвинуть с мертвой точки проблему железнодорожных тарифов – уже третий год продукция алтайской зернопереработки имеет льготу. В нынешнем году пошла первая партия алтайской муки в Индонезию. Для торговли нашей мукой за пределами России четыре предприятия – ЗАО «Грана», ОАО «Мельник», ОАО «Алейскзернопродукт», ОАО «Ключевской элеватор» — создали фирму «Алтайские мельницы», но окно в Азию прорубают для всех. Переговоры по поставке муки в Индонезию провели и с теми, кто не входит в союз, и если для продажи понадобятся большие объемы алтайской муки, то будут подключать всех.
Мы участвуем в экономическом совете при губернаторе, в совете по предпринимательству, в общественном совете по агропромышленному комплексу. Наш союз проводит конференции в Белокурихе, зерновые Давосы, с экспертами такого уровня, собрать которых вместе не удается больше никому в России. Наши эксперты – участники всех совещаний у премьера Владимира Путина, у вице-премьера Виктора Зубкова. С их мнением считаются. И они приезжают на совещания в Москву с четким пониманием того, что для Алтая нужно. Повороты к лучшему есть, но медленные…
— Какие задачи ставит союз перед собой сейчас?
— Это та же самая работа, но за пределами края и России. Задач громадье, как в самом начале. А может, и больше – тогда объемы были другие: в начале 90-х годов в крае насчитывалось шесть промышленных мельниц, вырабатывавших около 450 тысяч тонн муки. С малыми мельницами в крае производилось около 500 тысяч тонн муки. В настоящее время мукомольная промышленность края выпускает около 1 млн. 300 тысяч тонн только муки – каждая десятая ее тонна в России произведена в Алтайском крае. Сейчас у нас производятся практически все виды крупы, кроме рисовой и кукурузной.
Прошло отчетно-выборное собрание, переизбрали президента на пять лет, постановили заниматься теми же направлениями, что и занимались – они настолько остры. Решению задачи поиска рынков сбыта конца не будет. Хорошо, что нас понимают краевые руководители – хоть здесь не приходится бороться. Но едоки основные в европейской части, а продовольствие производим здесь. Европейской России сейчас проще за границей муку покупать. Но если ради поддержки отечественного автопрома ограничили ввоз иномарок, то, может, и своему сельскому хозяйству так же помочь – перестать возить из-за границы, например, молоко, мясо?
Россия должна занять лидирующее положение как держава, производящая продовольствие. А это и наша задача на следующие десять лет. Мировое сообщество и так косится на наши просторы, на Всемирном зерновом форуме России было сказано, что мы получили от Господа такое богатство, которым сами распорядиться не можем: урожаи плохие, много запущенной земли. Вот в этом направлении должно двигаться государство, должно помогать продвигать продукцию на внешние рынки. Если надо, мы весь мир накормим.
Беседу вел Сергей ТЕПЛЯКОВ.

Комментарии закрыты